Каталог


Отрывок 32


Андрей понимал, что Рыбак хочет кому-то его сдать, собственно, должен сдать и не знает, кому же кому именно, он должен сдать этот чемодан, и мешок, и эту расстегнутую, в расшнурованных ботинках, невиспану, задуманный человека. Не было кому принимать.

Ї наконец она появилась, и лицо, которого теперь должна была принадлежать Андриєва глава. Вдруг и неожиданно. Это была женщина. Она промчала, как фурия, коридором мимо — худощавая, рудогрива, нет, вогненногрива и довольно молодая, и довольно хорошая, в военной блузке, с портупеей через плечо и через выпуклый бюст. Промчавши, она крутнула, обернулась на обцасах, будто на всем галопе осаджена горячая кобылица, и подошла к Рыбак:

- Так... пакет, И представил - запечатанный сургучом.

Женщина взяла глаза а глазами на Андрея. В густо накрашенных губах она держала димлячу папиросу, жевала ее, как зумбело, а большими глазами смотрела на свою новую собственность, будто оценивая ее. В тех глазах светилось большое любопытство: любопытство женщины а сугубо ли профессиональное любопытство енкаведистки — неизвестно. Андриєви те интересные глаза, подведенные большими! подозрительными синяками, на бледном лице, обрамленному огненным цветом волос, выдались глазами распутной,  владуимущої женщины. Она смотрела все внимательнее, все сильнее те глаза закругляя, — видно, что она что-то об Андрее знала интригуюче. Под тем ее взглядом и вообще при ее появлению и Андрей не свелся и не стал на стройно — он себе сидел спокойно и смотрел на вогненногриву фурию, отметив лишь о себе, что это чудо не зволило даже поздороваться, появившись. Может, поэтому он, прищурившись, смотрел в интересные пакет, фурии иронически, а может, потому, что впервые видел женщину в униформе службистки органов ВЧК-ОГПУ-НКВД, а может, потому, что от вида этой» вогненногривої дивы ему примерещилась солнечная, благословенная Одесса и Дерибасивська улица...

Женщина вдруг пошла. сильнее поблидла, раздула ноздре, хуркнула в них и, вернувшись круто, еще

«История повторяется!»... Только неизвестно, что придется считать за фарс. а что за трагедию,

Кажется, трагедия была за наркома Балицького, когда тот сам, начальник Всеукраинского управления ОГПУ, принимал арестованного Андрея — тогда еще зеленого юноши, глубоко определенного, что в этой стране все принадлежит ему, его победному классу, — вот в этой вот комнате вместе с начальником СПВ (Секретно Политического Отдела)... Теперь его велели снова в эту самую комнату! Но впереди шел не Балицький, а вогненногрива дива, которая так неистово пряла глазами и раздувала ноздре. Вихляючи бедрами и качая на правом бедре кабур с револьвером, фурия переступила порог и пошла с пакетом в руке к столу. За ней вошел Андрей, за Андреем Рыбак, сурганячи чемодан фурию. мешок. При столе фурия разорвала пакет и постоянна читать, а Андрея остановил Рыбак возле дверей, учтиво посматривая на и Андрей осмотрелся, увидел сбоку стул и тяжело на него опустился, не ожидая приглашение, знавая, что его все равно вежливо пригласят. Так по крайней мере было первый раз. Это же комната, откуда каждый узник пючинає свою арестантскую карьеру. Андрей окинул ее глазом и отметил невольно, что комната эта, как и все те коридоры и вестибюли, которые они прошли, имеет тот самый специфический вид — вид запорошенного, зачовганого производственного помещения, где толкутся большие человеческие юрбища.


Оценка пользователями: 1, всего проголосовало: 51

Выставить оценку:
-2 -1 0 +1 +2



Читать фрагменты по теме отрывку №32
Оставить фрагмент своего произведения по теме отрывка: 32
Цитирование
Версия для печати


Рекомендуем почитать:


Cделать стартовой Добавить в избранное
Наши партнеры:


На правах рекламы:




On-line:
14 человек на сайте
Все права защищены!!! Использование ссылки при копировании материалов - обязательное!