Каталог


Отрывок 121


если Лучше не ссорьтесь с ребятами, а постарайтесь быть послушным. И помните — вы будете нужен стране и партии и вас оценят... - вы сдадитесь... и не бойтесь никаких преувеличений.

Андрей воздуха. среагировал на слова Фрея, сидел, опустив побитые руки вдоль тела и свесив мокрую голову на грудь, и спазматичне всхлипывал от недостатка не Лицо его было напухшее и залосненное кровлю. Брови сведены, челюсти сжаты. Сидел и смотрел спидлоба просто себя... Бокал наполнялся к краю, кажется, уже к краю... Силы его исчерпались, а еще же только начало. Еще же только начало! Нервы звенели тоскливо, как осенние провода в степи, и тот звон сверлил мизок, как боль зубная... Он смотрел в окно, на мельничное решето и думал, пробьет ли он его главой, как так бросится враз очертом...

В комнате остались Сергеев и Великин, что-то шепотом совещались за столом. Они не боялись — жертва уже вымотанная грунтовно и они вдвоем дадут ей совет на случай чего. Курили, листали бумаги, что-то размышляли. А Андрей смотрел в окно, на мельничное решето: ч и  п р о б' есть  он  и о г о главой? Его неистово тянуло к окну, к бездне, которая за тем окном начиналась от пятого этажа и терялась где-то внизу, из тьме. Броситься у нее торчком главой так в разгона! И все бы... Нет, он не пробьет этого решета главой. Оно прип'яте крюками крепко и не сорвется, а провод слишком грубый, хотя и выдается паутиной... Ах, какое невменяемое желание, но — невыполнимое. Здесь, брат, все предусмотренное... Андрея окутывает тяжелая безнадежда, он вздыхает и все не может отвести от окна глаз... За решетом розовеет, то поступает рассвет. Где-то заляпотили голуби крыльями, взлетая на крышу, и заворкотили. Вон они ходят на розовом фоне, по самому шпилю и воркуют. На тюрьме, на тюремной крыше...  В комнату пришлое какое-то лицо.

- Встать! Женщина!.. - грохнул Сергеев. Слово что повлияло магически, и Андрей свелся. А уже сведясь, рассмотрел, «женщина» и женщина — то была Нечаева! Ну, и все равно, женщина...

- Садись, — произнесла Нечаева небрежно и, остановившись напротив, молча наставилась глазами на Курила папиросу и пускала дым ноздрями. Смотрела, вела бровью. него.

«Какая она была бы хорошая, если прообраз не была грубая!» — подумал Андрей и опустил главу. Ощущал женский взгляд на себе. Смотрел на ее маленькие ноги, обутые в бронзовые туфельки, и жгучий, страшный, непобедимый стыд начал наваливаться на все его естество. Вот он сидит перед этой женщиной побитый, как последний пес, он — мужчина, такой гордый и такой самоуверенный когда-то. «Хоть бы хоть она не начала ругаться грубо, потому что тогда бокал будет переполнено и он не определенный, что не разрыдается от безграничной скуки, от беспросветного отчаяния. Женщина!.. Прообраз сестры, бы матери...»


Оценка пользователями: 2, всего проголосовало: 68

Выставить оценку:
-2 -1 0 +1 +2



Читать фрагменты по теме отрывку №121
Оставить фрагмент своего произведения по теме отрывка: 121
Цитирование
Версия для печати


Рекомендуем почитать:


Cделать стартовой Добавить в избранное
Наши партнеры:


На правах рекламы:




On-line:
18 человек на сайте
Все права защищены!!! Использование ссылки при копировании материалов - обязательное!